Дар богов с излучин Параны

Ароматное, горькое, вяжущее, стимулирующее, возбуждающее, очищающее, жаропонижающее, потогонное, слабительное, мочегонное, улучшающее обмен веществ. Так определяется это растение по критериям западной травяной медицины.

А латиноамериканцы уверены, что оно имеет намного больший спектр воздействия на человеческий организм: укрепляет иммунитет, предотвращает нервные срывы, снимает усталость, активизирует мозговую деятельность, прогоняет бессонницу, улучшает аппетит, приостанавливает старение, разглаживает морщины, возвращает поседевшим волосам их натуральный цвет. И всеми этими свойствами обладает вечнозеленое дерево семейства падубов с беловатой гладкой корой и твердой древесиной, произрастающее в сельве Восточного Парагвая, Южной Бразилии, Северной Аргентины. Ботаники называют это диковинное растение парагуайензис, индейцы гуарани и кечуа — каа, экспортеры — йерба. А во всем мире оно известно как мате — зеленое золото Южной Америки. Напиток, приготовленный из его листьев и верхушек молодых побегов, также получил аналогичное название. Чай мате с XVII века по почину парагвайцев стал национальным напитком латиноамериканцев. Для них он — эликсир жизни, дар богов. В Старом Свете его еще именуют парагвайским чаем, иезуитским или чаем миссионеров.

  Чаша по кругу

В Европе о необычном, обжигающем и тонизирующем напитке диких индейцев с далекого Запада узнали даже раньше, чем о восточном чае — китайском. Впервые весть о нем принесли испанские конкистадоры, с середины XVI века огнем и мечом утверждавшие свое господство на южноамериканском континенте. Их внимание привлек обычай индейцев племени гуарани потчевать гостей — в знак дружеского расположения — каким-то неведомым зельем.

Церемония его распития напоминала раскуривание «трубки мира» на советах индийский вождей. Все рассаживались по старшинству вокруг костра. Приносилась большая чаша, в нее сыпался темно-оливковый порошок, заливалась горячая вода, вставлялась тонкая камышовая тростинка. Вождь первым делал медленный глоток, затем другой и передавал сосуд широким жестом соседу. Так чаша неторопливо и со значением перемещалась по кругу. Чаепитие могло продолжаться в торжественном молчании с утра до вечера: одна и та же порция разбавлялась до десяти раз, и самыми лучшими получались пятый и шестой настои.

А чаша была не простая — высушенная толстостенная тыква лагенария с выскобленной сердцевиной и разрисованной корой. Ее называли матэ. Считалось, что это самая подходящая посуда для такого напитка: пористые стенки хорошо сохраняли тепло и цвет, придавали особый привкус. Впоследствии воинственные пришельцы из-за океана перенесли название чаши и на сам напиток. Правда, в литературных источниках старинное слово «матэ» претерпело небольшое изменение — вместо «э» на конце появилось «е» (так это название и утвердилось во всем мире). По-видимому, сказалась то ли недостаточная осведомленность бытописателей индейской жизни, то ли их небрежность.

Впрочем, европейцы часто допускали оплошности — зачем так тщательно приглядываться к обычаям дикарей! Поэтому поначалу даже не разобрались, что из себя представляет порошок, завариваемый индейцами. И решили, что это высушенная и перетертая трава, и поэтому чай назвали «иерба-мате». Только потом до них дошло, что это не «травяной», а «древесный» чай.

Примерно раз в три года туземцы собирали листья (которые они называли каа) с падубов, сушили их на медленном огне, затем слегка опаливали до тех пор, пока не начинала лопаться кожица. Просушенную массу растирали в мелкий порошок и хранили в бычьих пузырях. Из него-то и готовили свой удивительный чай индейцы древних племен кечуа и гуарани. У них первыми переняли этот обычай аргентинские пастухи гаучо.

Тайны мадридского двора

Иезуитам, прибывшим вместе с конкистадорами на новые земли, сначала этот обычай совсем не понравился. Со свойственной им жестокостью и непримиримостью они стали искоренять его как «дьявольский предрассудок», придуманный «по сговору с сатаной и при его явном наущении». Но были «служители Бога» не только фанатиками веры, а и неплохими коммерсантами в рясах. Некоторые из них привезли оливково-зеленый порошок в Мадрид, угостили индейским чаем сограждан и с удивлением обнаружили, что многие европейцы готовы заплатить за заморскую диковинку большие деньги. И тогда отцы-миссионеры взяли торговлю мате в свои крепкие руки. Они смекнули, что если пустить в дело не только листья, но и черешки, цветоножки, верхушки молодых побегов, то доходы намного увеличатся. Дерево-дикорос, высотой от 4 до 10 метров, с раскидистой кроной и крупными блестящими зазубренными листьями, стали одомашнивать, выращивать в садах, а затем и закладывать плантации. На них нещадно эксплуатировались подневольные краснокожие: они ухаживали за деревьями, собирали сырье, сушили, опаливали (сапекировали) и размельчали хрустящую листву. Для изысканного сорта «каа-мери» даже удаляли из листьев средние жилки. Готовый порошок сбывали иезуиты. Он стал основным товаром экспорта. «Парагвайские» денежки текли в казну монашеского ордена поистине золотым потоком.

Но и мадридский двор не дремал. Со временем плантации перешли во владения короля Испании, который монополизировал производство «иезуитского чая». Технология культивирования падубов и переработки сырья считалась строжайшей государственной тайной.

В 1823 году известный французский ботаник Энэ Бонплан попытался, по поручению правительства Объединенных провинций Бо-Платы (будущей Аргентины) вывезти из Парагвая саженцы падуба. Но на границе был задержан, и надолго застрял в стране, находясь под домашним арестом. И все же, несмотря на запреты, тайны мадридского двора были разгаданы, падуб стал культивироваться и в других латиноамериканских странах, а чай мате находит все больше приверженцев среди жителей не только Нового, но и Старого Света.

Язык влюбленных

Ныне основная продукция для этого напитка поступает с плантаций, называемых йербали, расположенных в Парагвае, а также в граничащих с ним районах Аргентины и Бразилии. На участках площадью 100-150 га ровными рядами высажены окультуренные падубы. Собирать листья начинают с «трехлеток», а наибольший урожай дают деревья, достигшие 30-летнего возраста. Питомцы плантаций уступают своим диким сородичам и по продолжительности жизни, и по стойкости к заболеваниям, и по продуктивности. В былые времена собирали обильную жатву и с 50-летних великанов. Но, к сожалению, эти представители семейства падубов в диком виде встречаются крайне редко, они почти полностью исчезли, не выдержав тяжелой поступи современного прогресса.

Чайная страда длится с мая по сентябрь-октябрь, в ней занято все мужское население окрестных деревень. Самое лучшее сырье получается в июле-августе. Каждое взрослое дерево дает за сезон от 3,5 до 5 кг сухих листьев.

Цикл переработки урожая остался, в основном, таким же, каким его придумали еще древние индейцы. Листья и ветки ломают и измельчают, опаливают, сушат, толкут, затем фасуют в виде порошка или спрессованных кирпичиков. Правда, теперь сырье чаще сапекируют не опаливая его на огне, а выдерживая на пару.

Мате для латиноамериканцев — такой же необходимый, традиционный напиток, как чай для китайцев или англичан. В Южной Америке считают, что этот «дар богов» сближает и объединяет людей, несет им здоровье и хорошее расположение духа.

Сохранены и обогащены традиции матепития. Это уже особая культура, присущая народам Латинской Америки. В одном из музеев Буэнос-Айреса действуют курсы, на которых школьников обучают «теории и практике» мате — как его заваривать, в какой посуде и с каким значением подавать. Существует особый «язык влюбленных». Если, например, девушка подает юноше пенистый и душистый мате — она его любит. Причем, чем напиток горячее, тем сильнее и нежнее чувство. Но если в чашке кипяток — это клокочет ее ненависть. Холодный напиток означает равнодушие к гостю, а то и презрение. Имеют смысл и добавки-символы. Мате с апельсином означает: «Приходи ко мне», с корицей — «Я думаю о тебе», с патокой — «Почему ты такой грустный?». А слишком сладкий призывает к решительным действиям: «Пора тебе поговорить с моими родителями».

Заметно преобразился чайный стол почитателей мате. На смену бутылочной тыкве лагинарии пришли вполне современные керамические, фаянсовые, фарфоровые сосуды, из коровьего рога или пластмассы, из железа, серебра и даже золота. Только форму они сохранили такую же, как и много веков назад — с широким донышком и сужающимся верхом. Особенно оригинальны серебряные чаши, украшенные орнаментом с изображением лебедя, страуса-нанду, креольской гитары. Идут они в комплекте с колокольчиком (для вызова служанки) или с подставкой в виде колокольчика, с музыкальной шкатулкой, играющей мелодии вальса, польки или популярной в Аргентине милонги. Для нагревания воды используется специальный металлический сосуд с носиком и ручкой. Из-за сходства с головой индюшки его называют павой.Камышовую тростинку заменила медная, а чаще — серебряная трубочка — бомбилья, с мелкой сеточкой на лопатообразном конце. Благодаря ей порошок или «чаинки», которые плавают на поверхности, не попадают в рот.

Целебный глоток

Жители Южной Америки уверены, что лучшего напитка, чем мате, нет. Он не только освежает, но и добавляет энергию, повышает сопротивляемость организма болезням, восстанавливает силу, прогоняет усталость, улучшает настроение, особенно при депрессиях и стрессах. Медицинские исследования подтверждают, что этот натуральный энергетический продукт регулирует работу пищеварительного тракта; благотворно действует на сердечно-сосудистую систему — снабжает сердце необходимыми ему веществами и улучшает поступление к нему кислорода; укрепляет иммунитет; очищает кровь и расширяет кровеносные сосуды, улучшает обмен веществ, успокаивает нервную систему, стимулирует интеллектуальную и физическую деятельность.

Недаром в Аргентине, Боливии, Уругвае, Чили, Парагвае, Бразилии постоянно и с удовольствием пьют мате более 30 миллионов человек. Свыше 50 кг зеленого порошка заваривает в течение года среднестатистический чилиец. Если креол за день не побалует себя хоть несколькими глотками мате, то будет чувствовать себя не в своей тарелке.

Однако человеку, впервые попробовавшему «парагвайский чай», он может «не показаться». Этот напиток более терпкий и горький, чем привычный нам чай. В чистом виде, без сахара и добавок, его пьют только настоящие мужчины — гаучо, скотоводы аргентинских, бразильских, парагвайских, уругвайских пампасов. Обычные же обыватели, жители городских «джунглей», обязательно подслащивают, сдабривают ананасом, апельсином, лимоном, «укрепляют» ромом и употребляют этот энергетический коктейль в горячем или холодном (в зависимости от «погоды в доме») виде.

У нас в Украине пока что единственным пионером экспорта «парагвайского чая» является фирма «Мономах». Благодаря ей наши соотечественники имеют возможность приобщиться к латиноамериканскому «дару богов», купив его не только в фирменных, но и в обычных магазинах за сравнительно недорогую цену.

Досье «Н+»

Содержание питательных веществ в «йерба-мате» (сухое состояние):

ВИТАМИНЫ (мг/100г)

Витамин С — 10.83
Пуридоксин (В6) — 4.36
Никотин — 9.68
Тиамин (В1) — 19.82
Рибофлавин (В2) — 2.36

МИНЕРАЛЫ (г/100г)
Зола — 6.76
Магний — 0.65
Железо — 0.024
Калий — 1.18
Кальций — 0.90
Натрий — 0.019
Фосфор — 0.28

ОБЩИЙ СОСТАВ (г/100г)
Водный экстракт — 36.66
Глюкоза — 0.51
Сахароза — 3.94
Протеин (Nx5.75) -10.12
Жиры — 3.15
Крахмал — 8.58
Кофеин — 1.02

Способ заваривания мате такой же, как и обычного чая. Но имеет свои маленькие секреты. Насыпав на дно чашки 2-3 чайные ложки сухого порошка, следует чуть-чуть сбрызнуть его холодной водой. А уж затем залить крутым кипятком и дать настояться примерно от 3 до 15 минут (чем жестче вода, тем дольше этот процесс). Если напиток хотят потреблять в холодном виде, настой помещают на сутки в холодильник.

Горячий мате пьют неспешно, смакуя каждый глоточек, добавляя в чашку кипяток — и чай настаивается снова, не теряя своих вкусовых и полезных качеств.

Похожие рецепты